Алексей Сорокин
На матчи ЕВРО-2020 у нас по пять потенциальных покупателей
на один билет
Генеральный директор оргкомитета ЕВРО 2020 в Санкт-Петербурге Алексей Сорокин в интервью порталу welcome2020.ru поведал о своем футбольном прошлом, самых популярных функциях среди кандидатов в волонтеры турнира, фан-зонах и пиве на стадионах чемпионата Европы, а также рассказал, каким, по его мнению, должен быть руководитель нового типа.
Генеральный директор оргкомитета ЕВРО 2020 в Санкт-Петербурге Алексей Сорокин в интервью порталу welcome2020.ru поведал о своем футбольном прошлом, самых популярных функциях среди кандидатов в волонтеры турнира, фан-зонах и пиве на стадионах чемпионата Европы, а также рассказал, каким, по его мнению, должен быть руководитель нового типа.

- Меньше года отделяет нас от 12 июня – даты открытия ЕВРО 2020. За вашими плечами и плечами вашей команды феноменальный успех чемпионата мира, и хочется, чтобы спортивное сообщество узнало немного больше о вас – лидере этой команды. Представляли ли вы в детстве, в юности, во время учебы в Дипломатической академии, что ваша жизнь настолько тесно будет связана со спортом?

- Абсолютно точно не представлял. Конечно, спорт был неотъемлемой частью моего советского детства - у всех были уроки физкультуры, у всех был стадиончик во дворе школы. Во время тяжелых школьных будней именно спорт часто был настоящей отдушиной - и физической, и эмоциональной. Все ходили в какие-то кружки и секции, но у меня никогда не было идеи сделать спорт профессией. И уж конечно, я никогда не мог представить, что моя карьера будет связана с организацией спорта. Но, видите, у судьбы бывают разные повороты.

- А футболу было место в вашей юности?

- Конечно, мы все играли в футбол - во дворе, в школе на переменах. После школы я поступил в иняз, после иняза - на работу в министерство иностранных дел, через год уехал в посольство России в Вашингтоне. Посольская жизнь устроена так, что без физкультуры там обойтись сложно. Очень многие сотрудники и дипломаты занимаются разными видами спорта, ему можно уделять достаточно много времени – там все расположено компактно, ты не тратишь время на дорогу, на пробки. Так что все мы играли – и в волейбол, и в футбол. Естественно, связь с европейским футболом, интерес к нему в этот период снизились – футболом в США называется совершенно иная игра, по другим правилам. Находясь там, сложно быть в курсе футбольных событий остального мира. Но по возвращении в Россию этот интерес возобновился.
- Как дипломатическая карьера привела вас в Москомспорт?

- В Москомспорт я пришел в 2004 году через свою международную деятельность. Москва очень активно участвовала в различных интернациональных проектах, выдвигалась на право принять у себя Олимпийские игры – международное спортивное сотрудничество стало полноценной частью жизни столицы. Появилась должность заместителя руководителя Москомспорта по международным вопросам, по заявочной деятельности, и я возглавил это направление. Принимал участие в заявочных кампаниях на проведение финального матча Лиги чемпионов-2007/08, на чемпионаты мира по легкой атлетике и по регби-7, которые прошли в 2013 году. Были и неудачи – например, заявка на Юношеские олимпийские игры 2010 года – к сожалению, в финале мы проиграли Сингапуру. Когда при целом ряде заявок какие-то успешны, какие-то нет – это нормально.

- Опыт подготовки какого спортивного события был особенно актуален для заявочной кампании чемпионата мира-2018?

- Важным опытом была, конечно, заявка Москвы на Олимпийские игры 2012 года. Мы тогда впервые всерьез соприкоснулись с международным спортивным сообществом, поняли, по каким принципам оно живет, как нужно его убеждать, какие аргументы принимаются, а какие – не работают. Без преувеличения можно сказать, что опыт – не мой лично, а совокупный накопленный опыт неудачной заявки Москвы – во многом реализовался в удачную заявку Олимпиады-2014 в Сочи. Москва стала первопроходцем, мы многому научились и смогли этот негативный опыт грамотно использовать для достижения успеха. Естественно, после этого было много других взлетов и падений, и каждый день работы, каждая ситуация, каждый этап международных коммуникаций позже обеспечили успех нашей заявки на чемпионат мира.
- Какие профессиональные качества, приобретенные во время работы в МИДе, вам чаще всего приходится использовать сегодня?

- Прежде всего, наверное, навык общения с иностранцами, как минимум – отсутствие ксенофобии. При попытке объяснить своим коллегам из разных уголков планеты, носителям абсолютно разных культур, какие преимущества дает проведение того или иного турнира в твоей стране, главное – суметь подобрать такие аргументы, которые отзовутся именно в них – в каждом конкретном человеке – по-своему. И не обманывать.

- А как реагировать на ксенофобию тех, с кем приходится общаться?

- Не замечать. Важно понимать, что в заявочной деятельности вы все-таки находитесь в положении просящего, поэтому какие-то углы неизбежно приходится сглаживать. У нас, к слову сказать, был своего рода недружественный обмен мнениями, если не сказать – перепалка с отдельными руководителями города Лондона. Мы периодически позволяли себе вполне хлесткие высказывания в отношении друг друга, что было абсолютно нормально. Это ведь тоже своего рода спорт, ничего страшного. Кто-то кого-то любит, кто-то кого-то – нет.

- То есть в борьбе за победу заявки все средства хороши?

- Нет, не все. Потому что нельзя переходить черту. Нельзя вести себя нечестно, нельзя обижать людей, нельзя указывать на недостатки своих конкурентов – это дело не твое, а тех, кто принимает решение. Нужно просто планомерно доказывать, что за тобой стоит мощная стена аргументов, что твое предложение соответствует нынешнему историческому моменту, что ты, в конце концов, просто сделаешь это лучше остальных. Именно так мы и действовали во время работы над продвижением заявки на чемпионат мира-2018: пытались убедить футбольное сообщество, что сегодня Россия – самый лучший, самый адекватный выбор.
- Было ли в процессе подготовки и проведения ЧМ-2018 что-то, о чем вы пожалели, что можно было бы сделать иначе?

- Честно, так сразу мне даже трудно сказать, что именно. Это было невероятно консолидированное усилие специалистов совершенно разного профиля, разного уровня – и я говорю не только об Оргкомитете «Россия-2018», а обо всех, кто был причастен к организации: и федеральные ведомства, и администрации регионов, и частный бизнес, который тоже очень много сделал для успеха, да и наши граждане, которые проявили себя с самой лучшей, самой гостеприимной стороны. Уникальное объединение усилий, которое дало такой хороший результат. Если все-таки говорить о том, что можно было бы улучшить – может быть, отдельные транспортные моменты. Сегодня, например, я бы потратил больше усилий, чтобы уговорить наши авиакомпании увеличить количество рейсов между городами. Мы знаем, что были – минимальные, практически нечувствительные – сложности с перемещением. Не в Москву и из Москвы, а именно между городами. Может быть, есть какие-то еще мелкие, едва заметные шероховатости, но в целом к нашей общей работе придраться сложно. Трудно о себе говорить подобное, но нас по достоинству оценили, мне кажется, все гости. Мы слышали много очень ярких, хороших отзывов о том, как Россия подготовилась и приняла чемпионат мира. Думаю, если рассматривать это событие как пиар-проект по продвижению имиджа России, то он сложился наилучшим образом. Многие коренным образом поменяли отношение к нашей стране – это самое главное.
- На волне этого успеха вы вошли в подготовку к ЕВРО 2020. Куда будет направлено основное внимание комиссии UEFA, которая приедет в Санкт-Петербург 9 сентября в столь представительном составе – 80 человек?

- Внимание будет направлено на все без исключения. Такого большого визита мы, честно говоря, никогда за всю нашу футбольную карьеру не видели. Это и понятно, потому что нынешний Евро – уникальный турнир. По охвату, думаю, беспрецедентный: впервые в истории европейского футбола он пройдет в двенадцати городах. Понятно, что коллеги из UEFA не могут тратить много времени на каждый город, поэтому концентрируют усилия в сжатых временных рамках, приезжая большой командой. Приедут, наверное, все без исключения специалисты, каждый будет оценивать конкретную функциональную область, зону своей компетенции. Приедут партнеры и спонсоры – для них предусмотрена своя программа. Отдельный круг специалистов будет смотреть внесоревновательные объекты: город, транспортную инфраструктуру, размещение и так далее. Думаю, что за три дня мы закроем абсолютно все аспекты подготовки. Понятно, что дальше, скорее всего, последуют точечные визиты по отдельным функциям. Понимаем наших коллег из UEFA – силы, которые раньше были брошены в лучшем случае на две страны, теперь занимаются 12 городами в 11 странах. Это действительно существенное изменение конфигурации.
- На сегодняшний день по популярности среди будущих волонтеров Санкт-Петербург опережает все города ЕВРО 2020: подано более 4500 заявок, в следующем по популярности Лондоне – на тысячу меньше. Чем вы объясняете такую востребованность этой работы?

- Очень просто: ребятам понравилось. Те, кому понравилось, видимо, рассказали – и лично, и в соцсетях, и всеми доступными сейчас способами – о том, какой получили опыт, как отлично провели время на чемпионате мира. И это стало настолько вирусным в хорошем смысле, что принесло вот такую популярность волонтерскому движению в Санкт-Петербурге.

- Проинтервьюировано уже больше тысячи потенциальных волонтеров. Многие ли из них работали на чемпионате мира?

- На сегодняшний день собеседование прошли 1100 кандидатов. Больше половины из них участвовали в проведении чемпионата мира.
- Вы используете их предыдущий опыт?

- Те, кто получил определенный функциональный опыт на чемпионате мира, совершенно необязательно будут задействованы на тех же направлениях. Даже наоборот – мы бы стимулировали бо́льшую диверсификацию. Всем придется пройти обучение заново. Сначала мы проводим общие семинары по всем аспектам подготовки, потом идет функциональный тренинг, когда человек больше фокусируется на той области, которой он будет заниматься. И, конечно, лучше, чтобы это не повторялось по отношению к чемпионату мира, пусть волонтер попробует что-то еще. У нас есть традиционно популярные направления: к примеру, – и это естественно, – работа с командами. Там конкурс всегда фантастический. Больше, чем в МГИМО в мое время (улыбается). Есть менее популярные функции, но в результате все как-то сбалансируется.

- Какие качества требуются от волонтера, который хочет работать с командой?

- Знание английского и юношеский задор. Остальному мы научим.

- 12 июля завершился первый этап билетных продаж. Более 80% заявок на матчи в Санкт-Петербурге подали россияне. Планируете ли вы какие-то шаги, чтобы привлечь болельщиков из других стран, или заполняемость стадиона уже гарантирована?

- Мне кажется, гарантирована в значительной степени. Во-первых, Санкт-Петербург как город интересен сам по себе. Во-вторых, легко доступен. В-третьих, концепция спаренных городов практически гарантирует высокую посещаемость. Мы не боимся за пустые места на трибунах: на сегодняшний день у нас пять потенциальных покупателей на один билет. Такой подъем вокруг матча в Санкт-Петербурге лишает нас каких-либо тревог в отношении недозаполненности стадиона.

- На чемпионате мира средняя заполняемость арен составляла 98%. Вы рассчитываете на аналогичные показатели?

- Думаю, да, число будет схожим.
- Если вспомнить расклад среди приехавших на ЧМ-2018 болельщиков, в топ-10 входили только две европейские страны.

- Да, Германия и Великобритания.

- Каковы ваши ожидания по количеству иностранных болельщиков в Санкт-Петербурге?

- Трудно сказать. Такого превалирования стран Латинской Америки, как на ЧМ-2018, мы, конечно, не ожидаем – естественно, будем рады всем, просто здесь играют другие команды. Главное - мне кажется, не будет никаких проблем с доступом в страну: мы опять предложим безвизовый въезд с использованием идентификации болельщика. На примере чемпионата мира все поняли, что никаких сложностей въезда ни в Россию, ни в отдельные города у них нет. Пункты пропуска полностью готовы, транспортная система прекрасно обеспечивает любые потоки. Конечно, прежде всего, это будут болельщики команд, которые будут играть в Санкт-Петербурге. Но мы с радостью примем всех и организационно к этому готовы.

- Успех чемпионата мира – в первую очередь успех команды оргкомитета. Как поменялся ее состав, насколько изменились функции перед ЕВРО 2020?

- Конечно, она прежде всего изменилась по численности: в оргкомитете чемпионата мира у нас работали около 1400 человек – около 700 в постоянном составе и почти столько же временных сотрудников. В такой численности нынешний оргкомитет не нуждается – речь все же идет о футбольном событии в одном городе, а не в одиннадцати. В подавляющем большинстве в оргкомитет ЕВРО 2020 входят те, кто работал на чемпионате мира. Наша команда состоит из опытных спортивных менеджеров, да и не только спортивных. Но вопрос ваш – очень правильный: есть опасность на фоне успехов чемпионата мира обрести излишнюю самоуверенность. Нам хотелось бы избежать необоснованной уверенности в себе – как внутри команды, так и в ощущении, которое она транслирует вовне. Вроде бы, мы такое провели – что нам теперь четыре матча на одном стадионе? На самом деле, где тонко, там рвется – излишне спокойное отношение может повлечь за собой проблемы, шероховатости в организации. Мы стараемся всячески настроить себя на то, что ЕВРО 2020 – это так же сложно, как и организация чемпионата мира. Неважно, сколько матчей – шестьдесят четыре или четыре. Каждый из них – отдельное важное событие, к которому надо подходить со всем вниманием.
- Что для вас главный критерий успеха?

- Критериев успеха в футболе несколько. Первое – полный стадион, второе – радость гостей, настроение болельщиков после посещения матча, удовлетворенность всеми аспектами игры и тем, что вокруг. Вы же прекрасно понимаете, что сейчас с соцсетями ничего не скроешь: как только кто-то чем-то недоволен, это мгновенно взрывается в интернете и становится достоянием всех, ничего никуда не денешь. Поэтому нам нужны только благоприятные отзывы людей и полный стадион. Конечно, не говоря об удовлетворенности игрой сборных – но это уже вне моего поля деятельности (улыбается).

- Приняты ли уже решения о фан-зонах?

- Приняты почти везде, где они будут организованы. В Санкт-Петербурге это будет фан-зона на Конюшенной площади – как и во время чемпионата мира.

- А в Москве?

- В Москве такое решение еще не принято, но организацию фан-зоны мы обсуждаем. Это возможно и в других городах. Тут многое зависит от желания властей регионов – за счет оргкомитета мы не можем повсеместно организовать фан-зоны. Но есть еще зоны публичного просмотра, и здесь возможен более гибкий подход. Они отличаются принципами организации: официальную фан-зону вы делаете по жестким правилам UEFA (на чемпионате мира – FIFA). Это очень четкие положения, которые включают бесплатность, соблюдение обязательств перед спонсорами, единый формат сцены, экрана, звука и так далее. А зону публичного просмотра вы устраиваете по своим правилам, просто основываясь на гайдлайнах, которые предоставляет правообладатель – проводящая соревнования федерация. Там необязательно соблюдение обязательств перед спонсорами, эту зону можно делать платной, и так далее. Официальную фан-зону, конечно, организовать гораздо сложнее.
- Организации фан-зон является инициативой оргкомитета или есть случаи, когда города сами изъявляют такое желание?

- Официальная фан-зона является не правом, а обязательством страны-организатора. Как только вы подаете заявку на проведение чемпионата, вы автоматически обязуетесь соблюдать все аспекты организации турнира, и организация официальной фан-зоны – один из них. А за пределами этих обязательств, действительно, все может делаться на усмотрение городских властей. Поэтому мы надеемся на их энтузиазм и способность хорошо все организовать.

- Где-то уже проявили такую инициативу?

- Да, некоторые города прислали нам письма о том, что хотели бы организовать у себя зону публичного просмотра.

- Вы лоббировали разрешение продажи пива на стадионе во время чемпионата мира. На матчах ЕВРО 2020 в Санкт-Петербурге пиво будет?

- Лоббистом меня назвать сложно, у меня очень мало лоббистских инструментов кроме собственного голоса (улыбается). Я просто не считаю, что это вредно. Имея и опыт работы в Российском футбольном союзе, и опыт организации немаленького турнира под названием чемпионат мира, могу с уверенностью сказать, что в тех случаях, когда продажа пива запрещена, люди стараются привести себя в соответствующее состояние до игры более жесткими способами, и часто появляются на стадионе уже в непотребном виде.

- От чего зависит это решение? Нужна поправка к закону?

- В разных странах – по-разному. Парламент страны решает вопрос путем законотворчества, здесь есть как противники, так и сторонники, у всех свои аргументы. Но я хочу напомнить, что мы пережили очень большой турнир, в ходе которого продавали пиво на стадионах – и не столкнулись ни с одним инцидентом. То есть очень трудно доказать, что продажа пива пагубно влияет на обстановку на стадионе, дестабилизирует ее – сегодня у нас есть track record, подтверждающий, что ничего страшного в этом нет. Нам легче оперировать такими аргументами – это уже не умозрительно, а доказано на практике. Потреблено было, кстати, колоссальное количество пива – компания, которая занималась концессиями FIFA, предоставила нам эти цифры. В среднем получалось, что каждый посетитель выпил то ли по полторы, то ли по две кружки пива – включая детей, женщин и стариков (улыбается). То есть количество кружек пива превосходило количество посетителей – и ничего страшного.
- Значит, во время матчей ЕВРО 2020 пиво на стадионе будет?

- Да, поправка к закону действует – на Евро мы будем продавать пиво, это наше обязательство.

- Сотрудники оргкомитета называют вас руководителем нового типа. Что вы сами вкладываете в это понятие?

- Думаю, такой человек должен уметь пользоваться компьютером и смартфоном – это как минимум. Знать иностранный язык. Понимать международные практики организации такого рода событий. Уметь общаться на международном уровне. Дальше – у каждого свои принципы. Мой главный, наверное, заключается в том, что я доверяю людям, с которыми работаю. Наверное, я либеральный руководитель – пока меня кто-то не подвел, я в достаточной степени полагаюсь на компетенции людей. При таком многообразии функций, действий, которые надо произвести по всем аспектам подготовки, ты не можешь делать все один, ты не в состоянии даже удержать это в голове. Поэтому основная функция руководителя – подбор кадров. Самое главное – собрать коллектив, на который ты можешь положиться. И положиться на него.
Матвей Сысоев/welcome2020.ru, архив Оргкомитета EURO-2020, Александр Вильф, Алексей Филиппов, Евгения Новоженина, Нина Зотина/ Sputnik, Stuart Franklin - FIFA/FIFA via Getty Images, MLADEN ANTONOV, MAXIM ZMEYEV, KONSTANTIN CHALABOV, PAUL ELLIS/AFP/ Getty Images